Ночное пламя [= Ночь нашей любви ] - Шеннон Дрейк

Дурочка! Так ей и надо! Аррен был разгневан и злился на себя за свой испуг. Неужели она собралась покончить с собой?

Или так стремится к жениху, что совсем потеряла голову?

Он нырнул, вглядываясь в таинственный сумрак, вынырнул глотнуть воздуха и опять нырнул. Потом снова и снова, отказываясь сдаваться.

К нему присоединились Рагнор, другие воины, которые тоже пытались найти девушку.

С башни донесся крик Гая. Посмотрев в указанном им направлении, Аррен увидел Кайру, выбиравшуюся на берег.

Наконец она выпрямилась, тяжело дыша. Ее трясло от холода, с мокрой одежды, наверняка принадлежавшей ее покойному отцу, стекала вода.

Тут она увидела его и замерла, не сводя с него глаз.

Если бы он сейчас мог, то придушил бы ее на месте без всякой жалости, столько в ней было вызывающего и… привлекательного: блестящие глаза, словно вобравшие угасающий свет реки; безукоризненные формы, подчеркнутые мокрой тканью, облепившей тело; даже длинные мокрые волосы с запутавшимися в них водорослями.

Она повернулась и бросилась прочь.

Через несколько секунд Аррен выбрался на берег. Кайра бежала довольно быстро, но все-таки сказывалась усталость: она только что совершила рискованный прыжок, чудом вынырнула на поверхность, а затем плыла в ледяной воде. Расстояние между ними сокращалось. Наконец он ее поймал, оба упали на траву, покатились вниз по склону холма, и в конечном итоге Аррен оказался на ней. Кайру колотила дрожь, к мокрой одежде прилипла трава, но даже сейчас в ее зеленых глазах горел вызов.

– Слезь.., слезь.., те.., с меня… – выдавила она и закрыла глаза.

– Жаль, что вам не удалось покончить с собой.

– Я и не собиралась.

– Значит, вы просто идиотка, если идете на такие подвиги ради Кинси. Зачем? Чтобы предупредить его? Он и так знает, что мы здесь. Или вам жить надоело?

– Это вы идиот! Я не собиралась кончать с собой.

– Ага, хотели сбежать к Дэрроу, – прошипел Аррен.

– Нет!

– Лжете!

В гневе он чуть не ударил девушку, но вдруг понял, что злится на себя. Проклятие! Да какое ему дело? Почему он дрожит от облегчения, что с ней все в порядке?

– Я упала! – выкрикнула она, стуча зубами.

Он и сам ужасно замерз, однако не спешил освободить ее.

– Упали? Тогда зачем было убегать?

– Видели бы вы свое лицо.

– Ну, может, я не красавец, но девицы от меня не шарахались.

– У вас был такой вид, словно вы готовились меня убить.

– Пожалуй, – ответил Аррен после недолгого молчания.

Лежа на земле, они не только услышали, но и ощутили стук копыт. Это Рагнор привел другу коня. Беднягу тоже колотила дрожь, и он бросил на виновницу далеко не любезный взгляд.

– Как я погляжу, она жива и здорова.

– Да. – Аррен встал и протянул ей руку. Она безропотно подчинилась.

– Миледи, вы, словно кошка, всегда приземляетесь на четыре лапы, – заметил Рагнор. – Этот болван Дэрроу оставил вас одну. Какая женщина прыгнет в воду ради своего любовника?

– Я упала! Можете спросить дозорного.

Аррен посадил ее в седло перед Рагнором.

– Отвези ее в башню и позаботься, чтобы она согрелась.

А я займусь людьми Дэрроу.

– Постойте!

Аррен обернулся.

– Вы сражались с Дэрроу?

– Да, миледи, и немало его людей полегло.

– Но его нет среди них?

В ее голосе звучало беспокойство, однако выражение лица озадачило Аррена.

– Увы, Дэрроу там нет.

Кажется, это известие не вызвало у нее особого восторга.

– Отвези ее в замок. И сам постарайся согреться.

– Первым делом. У меня все яйца отмерзли, и будущее моей династии под угрозой, – проворчал Рагнор.

Он пришпорил коня и умчался. Сыпля проклятиями, Аррен вскочил на Пикта. Он продрог до костей и смертельно устал.

Но нужно заняться мертвецами, оставшимися на дороге.

И что куда неприятнее, решить, как поступить с живыми.

* * *

– Они говорят, вы сумасшедшая! – негодующе возвестила Ингрид. – Одни шепчутся, что вы пытались убить себя, другие сравнивают с какой-то королевой бриттов – та воевала аж с самими римлянами.

Кайра хотела возразить, но передумала. Сколько можно повторять, что она не собиралась кончать жизнь самоубийством, а тем более совершать героические поступки!

Она упала.

Но ей никто не верил.

Несмотря на сердитый вид Рагнора, она не сказала ни слова в свое оправдание, а когда попыталась узнать о битве, воин ответил ей неприязненным взглядом.

Да и что он мог сказать? Что она напрасно беспокоится о людях, которые теперь лежат мертвыми?

Увидев вынырнувшего из реки Аррена, она сразу поняла, что шотландец одержал победу. Но он никогда не поверит, что она больше всего боялась возвращения Дэрроу.

В комнате ее уже ждала лохань с горячей водой, куда она без промедления и села. Ингрид принесла ей подогретое вино. Какое счастье оказаться наконец в тепле и уюте!

Однако.., пора вылезать.

Завернувшись в белоснежную простыню. Кайра встала перед очагом. Снизу доносились голоса – наверное, слуги накрывали столы для вечерней трапезы. Интересно, где Аррен? Он вымок, промерз и теперь отогревается – слава Богу, хоть не здесь. Может, посчитав ее окончательно свихнувшейся, он больше не явится? Хорошо бы.

– Миледи, – твердо сказала Ингрид, – вы не должны снова убегать к лорду Дэрроу.

– Ингрид, я упала.

– Миледи… Ой, кто-то идет, – прошептала служанка.

– Идет?

– Шаги на лестнице. Это он!

– Он тебя не обидит, – сказала Кайра, удивляясь, как у нее хватает глупости давать подобные заверения.

– А вас, миледи?

Та ласково погладила горничную по щеке.

– Ты добрая, преданная, я тебя люблю. Не бойся, он ничего мне не сделает.

– Есть же какой-нибудь выход! – пылко ответила Ингрид. – Клянусь, миледи, я буду думать всю ночь, глаз не сомкну. Если вам удастся пережить эти несколько часов…

Представляю, как вы страдаете. Но мы что-нибудь придумаем, вы только потерпите. О, миледи, я буду молиться… И выкиньте из головы мысли о самоубийстве. Это ужасный грех!

«Мне незачем убивать себя, – мрачно подумала Кайра. – На то есть Дэрроу.., или шотландец».